Вторая волна коронавируса: что это значит для Украины

Ученый-биофизик, специалист по компьютерному моделированию биологических систем Семен Есилевский написал развернутый анализ «второй волны» коронавирусной эпидемии, в том числе — ее течения в Украине. С разрешения автора редакция AIN.UA публикует материал с сокращениями.

Во всем мире, начиная с конца июля, наблюдается рост заболеваемости ковидом, который уже официально признали второй волной эпидемии. Она имеет целый ряд значительных отличий от первой волны, бушевавшей с марта по май.

В Украине тоже постоянно говорят о «второй волне», хотя как раз для Украины никакой второй волны нет. И дело даже не в том, что у нас заболеваемость никогда толком не падала до фоновых значений, а в том, что у нас и близко нет тех признаков, которые отличают вторую волну от первой. Давайте разбираться подробнее.

Что считать второй волной?

Давайте посмотрим на график числа новых случаев в сутки для Испании:

Четко и однозначно видно, как пик первой волны, начиная с середины мая, перешел в вялотекущую фоновую заболеваемость на уровне около 300–400 человек в день. 400 человек — это все равно достаточно много, но ключевым тут является не абсолютное количество, а динамика. Это число никак не менялось полтора месяца, аж до начала июля. Болезнь не распространялась, но и не исчезала полностью т.е. репродуктивное число было равно единице.

Начиная с середины июля рвануло, число случаев бодро полезло вверх и уже перевалило за 8000 в день, приближаясь к весеннему максимуму. Это и есть вторая волна.

Аналогичная картина наблюдается для большинства стран, где весной был очень сильный всплеск с десятками тысяч случав в день и большой смертностью. Вот так, например, сейчас дела во Франции:

Картина такая же, как в Испании, но заболеваемость сейчас даже выше, чем была в апреле. А теперь давайте посмотрим на графики смертности — число умерших от ковида в сутки для Испании и Франции:


И тут нас поджидает главный парадокс: число новых случаев уже достигло или даже превысило значения весеннего максимума, но новых смертей практически нет! Число летальных случаев если и увеличилось, то крайне незначительно: в Испании 30–35, во Франции 15–20 в день, причем без тенденции к увеличению пропорционально числу новых больных.

Именно с этим связан тот факт, что Западная Европа не спешит с новым локдауном и вообще достаточно пофигистично реагирует на, казалось бы, ужасную статистику новых случаев. Почему так получается мы рассмотрим чуть позже, а пока давайте посмотрим на Украину:


Разительное отличие от западных стран видно невооруженным глазом. Никакого весеннего максимума у нас не было и в помине. Был достаточно плавный подъем, который вяло шел с небольшими колебаниями туда-сюда, начиная с конца марта и аж до середины июля. С конца июля рост резко ускорился. Количество смертей тоже медленно росло, испытывая незначительные колебания, и точно так же начало взлетать с ускорением с конца июля.

В Украине никогда не было стабилизации эпидемического процесса на фоновом уровне, поэтому ни о каких первых или вторых волнах у нас говорить просто нельзя. Наша волна — первая и она же единственная, никаких отдельных фаз в ней выделить не получается.

Также весьма прискорбно то, что у нас идет резкое увеличение смертности, тогда как в странах с настоящей второй волной смертность остается практически на уровне фона.

Почему в Европе перестали умирать?

Так почему же в Европе, несмотря на множество новых заражений, сейчас почти никто не умирает от ковида? Причин тут сразу несколько и они совсем не тривиальны.

Причина 1: объемы тестирования

Во всех европейских странах объемы тестирования, по сравнению с весной, возросли в десятки раз. Франция, например, стабильно делает полмиллиона тестов в неделю. Это автоматически означает, что выявляется очень много легких и бессимптомных случаев, которые весной просто не попадали в статистику т.к. тестирование было строго зарезервировано для больных с явными симптомами, медиков и работников критической инфраструктуры.

Сейчас во Франции тестируют всех желающих, полностью бесплатно и без направлений. Это очень сильно повышает охват. Грубо говоря, если весной выявлялось, условно, 10% от реального количества случаев, то сейчас — 50%, причем из них намного больший процент легких, которые не умирают.

Исходя из этого можно сказать, что реальная высота первой волны была раз 5–10 выше, чем на графиках и вторая волна в реальности до нее еще и близко не дотянула.

Эта особенность отлично иллюстрируется данными по США:

Очень хорошо видно, что пик второй волны — выше первого, но при этом и объемы тестирования в этот период были намного выше. Если поделить все графики на число тестов в соответствующий период, то, например, удельное число смертей во время второй волны будет намного (раз в 5) меньше, чем во время первой.

Причина 2: демография

Летальность ковида очень сильно зависит от возраста больных и наличия у них хронических заболеваний. Основная группа риска — старые люди с кучей возрастных болячек. Как бы цинично это не звучало, но большая часть стариков, у которых «еле-еле душа в теле», и которые, в силу разных причин, имели действительно высокие шансы заразиться ковидом, уже умерли от него весной.

Оставшиеся люди из групп риска либо всегда вели замкнутый образ жизни и не имели больших шансов заразиться, либо сейчас стали гораздо осторожнее.

Огромную роль сыграло и оперативное закрытие весной школ и университетов. Молодежь, отправленная по домам, болела достаточно редко. С одной стороны это — хорошо, но с другой, общая летальность сильно повысилась из-за того, что подхватывали вирус в основном люди среднего и старшего возраста.

После отмены локдауна и постепенного открытия увеселительных заведений молодежь вернулась к привычному образу жизни и стала новым локомотивом эпидемии: молодые стали болеть гораздо больше, но они от ковида практически не умирают.

Причина 3: суперраспространители

До сих пор мало понятен фактор влияния на эпидемию суперраспространителей. По многим моделям получается так, что ковид распространяется в основном кластерно, внутри определенных «социальных пузырей». Люди из разных пузырей имеют крайне небольшие шансы тесных контактов друг с другом.

Считается, что суперраспространители — это люди, живущие сразу в нескольких социальных пузырях и активно переносящие вирус между ними (таких людей априори не может быть очень много). Если эта гипотеза верна, возможны два диаметрально противоположных варианта:

  • Большинство распространителей переболели весной и сейчас уже безопасны и не влияют на эпидемический процесс.
  • Большинство распространителей весной вынужденно сидели в карантине, а сейчас взялись за свое черное дело.

Что именно происходит сейчас — непонятно, но не исключено, что поведение суперраспространителей сильно влияет на отличия второй волны от первой.

Причина 4: количество коек

Практически все страны Европы с весны значительно увеличили количество больничных коек с доступом к кислороду и аппаратам ИВЛ. Это позволяет избежать ситуации коллапса больниц, которая была, например, в итальянском Бергамо. Больные, которым нужен кислород, перестали умирать в больничных коридорах в очереди на ИВЛ и общая летальность ковида, естественно, упала.

В Украине же деньги коронавирусного фонда растратили на ремонт дорог и премии сотрудникам МВД. Результат додумайте сами.

Причина 5: разумные подходы к лечению

Никакого специфического лекарства от ковида до сих пор нет (и, скорее всего, никогда не будет), но за прошедшие месяцы врачи научились разумно подходить к лечению, не бросаясь в крайности и не пробуя наобум что попало.

Протоколы в Европе сейчас выглядят вполне адекватно. Из них давно выкинули антиретровирусные препараты и гидроксихлорохин, которые показали неэффективность или даже опасность для больных. Для тяжелых больных начали применять дексаметазон и, кое-где, переливание конвалесцентной плазмы выздоровевших, что снижает летальность где-то на 10–15%. Вместе с отсутствием первоначальной паники и увеличением числа хорошо оборудованных коек это дает позитивный результат.

Кроме всего прочего, в развитых странах научились эффективно защищать врачей инфекционных отделений, а сами врачи привыкли к строгому выполнению необходимых правил.

Что ждет Украину?

Что происходит и кто виноват?

В Украине нет второй волны, у нас продолжается первая, она же — единственная. Тенденции западной Европы по резкому уменьшению летальности для нас совершенно не актуальны. Мы сейчас находимся в том положении, в котором находилась Италии или Франция в апреле, причем прошедшие месяцы были совершенно бездарно профуканы:

  • Не было закуплено достаточное число новых аппаратов ИВЛ на случай резкой вспышки, которую мы сейчас и наблюдаем.
  • Не были обеспечены резервы для резкого увеличения объемов тестирования — лаборатории захлебываются, доля позитивных тестов уже достигает 40–50%. Это не позволяет оценить реальные масштабы эпидемии и принять хоть какие-то адекватные организационные меры.
  • Не была обеспечена безопасность врачей и не были приняты меры против их оттока из инфекционных больниц. В условиях коллапса работать будет уже просто некому, а те кто останутся, рискуют заболеть и тоже выйти из строя минимум на месяц.
  • Полностью подорвано какое-либо доверие к МОЗ и любым карантинным мерам со стороны государства. Благодарить за это надо, в первую очередь, главного санитарного врача Ляшко, который рассказал нам об апрельском закрытии парков «ради нагнетания тревожности у населения». Сейчас ввести строгий карантин уже просто невозможно — его никто не будет придерживаться.
  • Открыты школы и университеты, что в нынешней ситуации граничит с преступлением. Мало кто сомневается, что именно закрытие весной школ и университетов в Европе позволило как-то удержать ситуацию под контролем, исключив из эпидемического процесса неуправляемых подростков и социально гиперактивных студентов. В Украине сейчас ситуация, которая была во Франции в конце марта, но мы школы и вузы, наоборот, открываем.

Основная опасность для Украины — коллапс медицины от наплыва тяжелых больных. Это именно то, от чего был призван защитить карантин.

В Украине коллапс наступит при кратно меньшем количестве больных, чем было в Италии или Франции просто потому, что у нас намного хуже медицина в целом и намного меньше нормальных реанимаций и инфекционных отделений в частности.

Сейчас у нас смертность — около 50 человек в день и в отдельных городах уже занято 90% ковидных коек! В Испании на пике было почти 1000 смертей в день, а во Франции — 1400, но даже при таком количестве коллапса у них не было.

Напрашивается вывод, что реальная емкость больниц у нас примерно в 10–20 раз меньше и их перегрузка наступит в 10–20 раз быстрее.

Не лишним будет очередной раз напомнить, что карантин не призван остановить или искоренить эпидемию. До появления вакцины избавиться от ковида человечество явно не сможет. Задача карантина — «сплющить» пик эпидемии так, чтобы больные не умирали в коридорах больниц, а их родственники не убивали друг друга за спасительный кислород для своих близких.

Тотальный локдаун в Украине, введенный в марте-мае, был совершенно не оправдан, а повторить его сейчас, когда он действительно необходим, уже невозможно. Без строгого карантина остановить экспоненциальный рост заболеваемости вряд ли удастся т.е. исчерпание емкости больниц — исключительно вопрос времени. Чем это нам грозит?

  1. Летальность резко повысится т.к. больные средней тяжести, которые обычно выживают при доступе к кислороду, будет умирать дома либо в необорудованных палатах и коридорах больниц.
  2. Может начаться стихийная и неконтролируемая паника. Сейчас население, в массе своей, в вирус вообще не верит и считает себя бессмертным, но это — очень обманчивое состояние. Коллапс больниц наступает резко, буквально за пару дней и новости мгновенно разносятся сарафанным радио. В условиях импотенции властей и отсутствии какой-либо внятной информационной политики «раскачать» ситуацию не составит никакого труда, а желающие это сделать найдутся в изобилии.
  3. Коллапс больниц приведет, де факто, к полной остановке медицины: прекратятся плановые операции и регулярный прием пациентов, а неотложная помощь может оказаться парализованной из-за необходимости куда-то везти ковидных больных, на которых не хватает коек и которых никуда не принимают.
  4. Действия властей могут быть совершенно непредсказуемыми и хаотичными, в том числе усугубляющими ситуацию. Например, попытка ввести тотальный локдаун в конкретном регионе, вкупе со стихийной паникой, может вылиться в проблемы с логистикой продуктов и товаров первой необходимости. Никаких мер на такой случай, насколько можно судить, не принимается и никакие негативные сценарии развития ситуации не прорабатываются.

Что делать?

В нашей, достаточно безрадостной, ситуации, нужно конструктивно бояться, но не паниковать.

Глобального окончание коронавирусной эпопеи можно ожидать примерно к лету-осени 2021 года, когда с высокой вероятностью, по всему миру появится достаточно доступная вакцина. Шансов на выработку коллективного иммунитета до того времени нет практически никаких — кластерный характер распространения ковида и малопонятные истории с разной восприимчивостью разных людей не дают на это надеяться.

В государственном масштабе существующая в Украине власть, очевидно, не способна адекватно реагировать на ситуацию. Население может рассчитывать исключительно на себя: «спасение утопающих дело рук самих утопающих».

Основное, что необходимо осознать — это то, что противоэпидемические меры, требующие от народа сознательности и доверия к власти и друг к другу, в Украине не работают и работать не будут уже никогда. Масочный режим не соблюдается и соблюдаться не будет, поэтому его влияние на замедление распространения инфекции практически равно нулю.

Напомню, что маски эффективны, когда в общественных местах их носят все без исключения, в том числе, все бессимптомные носители, не подозревающие о том, что они больны. В условиях, когда две трети людей носят маски на подбородке или закрывают ими только рот, все это превращается в бессмысленную профанацию.

Я не буду долго рассуждать о том, почему так произошло. Украина — не единственная страна, страдающая от тотального обскурантизма населения и изменить что-либо в этом вопросе здесь и сейчас невозможно.

Если вы — благоразумный человек, всерьез воспринимающий сложившуюся ситуацию, то вам остается только одно: постараться минимизировать риски для себя и дорогих вам людей:

  • Купите респираторы класса FFP3 себе и всем членам семьи. Сейчас они стоят 30–70 грн и не являются дефицитом. Смело берите сразу 10–20 штук т.к. носить их придется как минимум до следующего лета.
    • Хорошо подгоните их по лицу. Герметично сидящий респиратор на вдохе ощутимо сплющивается т.к. не пропускает воздух с краев. Можете брать модель с клапаном — в них легче дышать. Как я уже сказал, масочный режим все равно не работает и защищать самонадеянных глупцов с масками на подбородке от вас уже бессмысленно, вам важно защитить себя от них.
    • Респиратор служит достаточно долго. При ношении 1–2 часа в день его хватит недели на две. Ориентироваться стоит на степень загрязнения: когда наносник испачкался или ткань начала сереть — выбрасывайте. Сушить и дезинфицировать их лучше всего просто вывешивая на солнце.
    • Не ломитесь на эскалатор и в переходы вместе с толпой. Переждите 1–2 минуты пока все люди из вашего поезда не пройдут и давка не прекратится, а потом спокойно идите — вокруг почти никого не будет.
    • В поезде не стесняйтесь перемещаться по вагону туда, где меньше людей. Если на станции ввалилось 10 человек в одни двери — перейдите к соседним.
    • Не сидите и не стойте непосредственно вплотную к идиотам без масок, лучше отойдите на пару метров в сторону.
    • По возможности становитесь с той стороны, где сильнее дует — поток воздуха в вагоне метро идет сверху из воздухозаборника на крыше и он априори чище, чем воздух внутри вагона.
    • Избегайте транспорта в часы пик любыми способами. Например, договаривайтесь о смещении рабочего графика, гуляйте после работы где-то по улице пока не схлынет толпа, ездите на работу на велосипеде, кооперируйтесь с коллегами на машинах — вы с ними и так весь день сидите в одном помещении и это всяко лучше чем ехать в метро с незнакомцами.
    • Банально, но если есть возможность — уходите на удаленную работу, а детей переводите на заочное обучение. Понятно, что это доступно не всем, но если можете это сделать — делайте.

    Автор: Семен Есилевский, биофизик, специалист по компьютерному моделированию биологических систем

    Источник: ain.ua

Читайте также

Вверх