Криптовалюта для БРИКС: удастся ли развивающимся странам сломать гегемонию доллара с помощью блокчейна

Крупнейшим экономикам развивающегося мира, объединенным в БРИКС, предлагают создать единую криптовалюту, которая может лечь в основу будущей единой платежной системы. Зачем БРИКС понадобилась альтернатива SWIFT, как в этом участникам организации может помочь блокчейн и причем здесь санкции и доллар — разобрался DeCenter.

Участники ежегодного саммита лидеров стран БРИКС, который прошел в Бразилии 13−14 ноября, впервые допустили возможность запуска единой криптовалюты для всех стран. Идею высказал член Делового совета организации, генеральный директор Российского фонда прямых инвестиций (РФПИ) Кирилл Дмитриев. По его словам, общая криптовалюта может понадобиться при создании единой платежной системы расчетов между странами-участницами союза.

БРИКС — аббревиатура, появившаяся в 2001 году для объединения крупнейших и самых быстрорастущих на тот момент стран. Изначально этот блок назывался БРИК и в нем числились Бразилия, Россия, Индия и Китай. Все страны входят в десятку крупнейших экономик, на которые в начале нулевых приходилась основная часть мирового экономического роста. В 2010 году в «клуб» также вошла Южно-Африканская Республика.

Сейчас основной системой межбанковской коммуникации является SWIFT. Она контролируется независимым банковским кооперативом со штаб-квартирой в Бельгии и объединяет почти 11 000 банков по всему миру. Однако независимость организации была поставлена под вопрос после того, как в ноябре 2018 года она приостановила обслуживание Ирана под давлением Соединенных Штатов. Требование со стороны США было вызвано внешнеполитическим конфликтом с Тегераном.

Помимо новой системы межбанковской связи, члены БРИКС также обдумывают платежное приложение для частных потребителей по аналогии с Google Pay или Apple Pay.

Китайский дракон и индийский слон объединились

Власти Китая борются с независимыми криптовалютами и в то же время планируют создать собственную, государственную «криптовалюту», которая, по сути, является цифровой версией фиатных денег.

С 2017 года в КНР действует запрет на ICO и операции с криптовалютами. При этом власти поощряют разработки и приложения на базе блокчейн-технологии, что недавно отметил председатель КНР Си Цзиньпин.

Впрочем, китайские трейдеры и после запрета продолжают торговать криптовалютами через внебиржевые площадки (OTC). А в начале октября Binance запустила в Китае P2P-сервис обмена криптовалют с официальной поддержкой юаня. Таким образом, в КНР криптовалюты постепенно закрепляются в роли финансового актива.

При этом китайское правительство строго следит за запретом на использование криптовалют в качестве замены фиатных денег. Так, в августе этого года представитель Народного банка Китая (ЦБ) заявил о том, что регулятор близок к запуску собственного «цифрового юаня».

Схожей позиции придерживается правительство Индии. На протяжении последних нескольких лет там продолжаются судебные споры в попытке остановить государственные ограничения крипто-индустрии. Речь идет о запрете для финансовых учреждений страны взаимодействовать с компаниями, вовлеченными в операции с криптовалюты. Это в значительной степени затруднило работу блокчейн-компаний в стране, а в последствии криптобиржи и вовсе остановили всю деятельность. Последняя заметная из них, WazirX, прекратила работу в сентябре.

Чиновники утверждают, что ограничения временны и связаны с отсутствием регулирования крипторынка, и уже второй год индийский бизнес ждет закона о цифровых активах. А в руководстве страны тем временем продолжаются дебаты о содержании будущего закона, за разработку которого отвечает специальная межведомственная группа. В июле она предложила вовсе запретить операции с «частными» криптовалютами.

При этом индийские чиновники однозначно рекомендовали организовать выпуск «цифровой рупии».

Крипторубль — не деревянный, а цифровой

Не менее бурная дискуссия развернулась и в России. Законопроект о цифровых финансовых активах (ЦФА) застрял в «законодательном аду» после принятия в первом чтении в 2018 году. С того времени в текст закона предлагались различные поправки.

О последней редакции DeCenter стало известно в начале ноября. В новом варианте цифровые финансовые активы определены как цифровые аналоги долговых расписок, облигаций и прав участия в капитале. То есть речь идет о security-токенах, хотя самого термина «токен» в законопроекте нет. Планируется разрешить торговлю security-токенами, в том числе, иностранными. Кроме того, в законопроекте упоминаются и криптовалютные биржи — ими смогут стать юридические лица с уставным капиталом и чистыми активами в размере не менее 50 млн рублей.

Из уст российских чиновников, как в Китае и Индии, также звучали предложения о выпуске цифровой национальной валюты. Еще осенью 2017 года о скором выпуске «крипторубля» говорил министр коммуникаций Николай Никифоров. Главным адвокатом идеи «цифрового рубля» в Кремле считался экономист Сергей Глазьев, работавший советником президента РФ. Его основным аргументом в пользу цифровой валюты является возможность обойти санкции. Гипотетические крипторубли должны будут обращаться в блокчейне, и такую систему можно развернуть быстро, уверен Глазьев. Анатолий Аксаков, председатель комитета Госдумы по финансовым рынкам (в котором идет работа над законопроектом о ЦФА), допустил, что цифровой рубль может появиться через два года.

Впрочем, пока к реализации задумки российские власти не приступили. Минфин и Центробанк идею крипторубля не поддерживают, а Сергей Глазьев в октябре этого года лишился поста советника президента. И все же о том, что в ЦБ изучают технологию, в 2017 году упомянула зампред регулятора.

Бразилия и Южно-Африканская Республика

В БРИКС остаются еще две страны, которые заслуживают не меньше внимания. Большой рынок представляет Бразилия с населением более 200 млн человек и с 8-м по размеру ВВП.

Криптовалюты в Бразилии находятся в серой регулятивной зоне — они не разрешены, но и не запрещены. Специального закона о регулировании рынка нет, а биткоин рассматривается регулятором как электронная валюта. В стране действуют криптобиржи, например, крупнейшая в Южной Америке площадка под названием Mercado. Всего неделю назад планы по открытию отделения в Бразилии и поддержке бразильского реала раскрыл глава Binance Чанпен Чжао.

В то же время в мае парламент страны все-таки решил создать комиссию по созданию законодательства о криптовалютах. А с августа все операции с криптовалютами свыше $7600 стали облагать налогами. И хотя президент Бразилии Жаир Болсонаро публично не жалует биткоин, зимой новым главой бразильского центробанка стал Роберто Кампос Нето — экономист, который, по собственным словам, участвовал в «исследованиях технологии блокчейн и цифровых активов».

Последняя страна из клуба БРИКС — Южно-Африканская Республика, вторая по размеру экономика континента. От ближайшего конкурента, Нигерии, ее отличает диверсифицированная экономика, более богатое население, открытость иностранным инвестициям, динамичный сектор финансовых технологий. В стране весьма популярны сервисы по обмену криптовалют. Так, в октябре P2P-сервис Paxful сообщил, что за год объем операций в данном регионе увеличился на 2800%. В сентябре криптобиржа Coindirect запустила в ЮАР внебиржевую площадку.

Власти страны пока не разработали законодательство о цифровых активах. Для решения этой задачи в январе правительство ЮАР создало рабочую группу. Комментируя это событие, министр финансов ЮАР Тито Мбовени рассказал, что в регулировании крипто-активов чиновники будут руководствоваться международными правовыми рамками. Сейчас такие стандарты, в частности, разрабатывает FATF.

И если о «цифровом реале» в Бразилии информации нет, то Южно-Африканский Резервный банк еще с весны исследует технологию выпуска государственной электронной валюты, обеспеченной рандом.

Удар по доллару и биткоину?

Крупнейшие члены БРИКС или уже работают над «цифровым фиатом», или изучают такую возможность. Впрочем, это происходит не только в рамках БРИКС, но и практически во всем мире. Речь идет о цифровых валютах центральных банков (CBDC).

Итак, первая цель БРИКС — борьба с санкциями, чтобы избежать ситуаций как в случае с Ираном и SWIFT. Для Китая, который является экспортоориентированной экономикой, трансграничные операции очень важны. В то же время КНР ведет торговую войну с США, поэтому для Пекина существует риск санкций. Непростые отношения с Вашингтоном и у Кремля.

Поэтому первостепенная задача для стран БРИКС — создание межгосударственной системы межбанковской коммуникации, которая бы стала заменой SWIFT. Члены политического клуба достаточно активно действуют в этом направлении. Согласно The Economic Times, Российская система передачи финансовых сообщений (РСПФС) может быть соединена с китайской международной системой межбанковских платежей (CIPS). В Индии пока нет внутренней системы обмена финансовыми данными, однако власти страны работают над ее созданием и в дальнейшем планируют также связать ее с РСФПС.

Концепция «цифрового фиата» означает, что государства не намерены отказываться от национальных валют. Поэтому и «криптовалюта БРИКС» вряд ли станет полноценным платежным средством. Член экспертного совета Госдумы, учредитель АНО «ПравоРоботов» Никита Куликов в комментарии РБК предположил, что речь идет скорее о средстве для «фиксации обязательств», или инструменте конвертации:

«Скорее всего, это будет как некие обязательства, которые можно перевести с одного юрлица на другое, чтобы подтвердить, что у получателя возникнут права требования, а у исполнителя — обязательства на конкретную сумму. Деньгами это не будет, можно сказать, что это будет бездокументарный документооборот для облегчения транзакций».

Другая цель стран БРИКС — дедолларизация. Доллар остается мировым резервным активом и является главной валютой международной торговли, но при этом контролируется США. Российские власти активно продвигают дедолларизацию для государственных валютных резервов, однако пока эта политика обернулась потерями из-за конвертации. Доллар относительно стабилен, тогда как из-за политики США валюты развивающихся стран подвержены инфляции. Которая, впрочем, снижается.

Пока нет свидетельств того, что курс на дедолларизацию и повышение независимости финансовых систем стран БРИКС будет изменен, несмотря на все потери, которые они несут. Таким образом, с помощью CBDC, «посреднического токена» и технологии блокчейн власти могут упростить процесс соединения своих платежных систем, обеспечить их автономию и гарантировать надежность межгосударственных переводов.

Однако позиция чиновников в Китае и Индии говорит о том, что «цифровой фиат» не только станет оружием против доллара, но и исключит возможность использовать независимые криптовалюты в качестве платежного средства.

Источник: DeCenter

Читайте также

Вверх